Как богиня забрала мой первый раз. Том 1 - Kimiko

Отчасти, — уклончиво проговорил я, уже надкусывая яблоко. — Но не могу даже сейчас раскрыть себя полностью. Но в этом задействован дом Либрион и дом Леон. Скажем так, я… Ай, неважно. Ты не поймёшь.

— И мне что, просто отпустить тебя? — Колетт села рядом, уставившись на два сундука, полных золота. Их она получила за мою победу.

— Нет, блин! — я повернулся к ней почти гневно. — Выпусти меня биться на глазах Леонов! Это всё, что мне нужно. У меня план, а он… рушится. Если уйду сейчас, то никак не докажу им свою личность. Бумаг у меня-то при себе нет. Но ошейник лучше бы снять. Обещаю, до моего возвращения к Леонам, я тебя не убью.

— А после? — вдруг тихо спросила госпожа, побледнев. — Ты зря сейчас так говоришь. Я всё ещё могу убить тебя прямо тут. Небольшое заклинание — и ты труп.

— Не можешь, — я растянул губы в мерзкой ухмылке. — Это называется блеф, Колетт. Все уже меня заметили — это раз. А два — какой там у тебя лвл? Семидесятый. У меня после битвы, давай-ка посмотрим, ой, 1129. У меня столько хп, что, пока ты будешь меня пытаться убивать, я легче тебя голыми руками придушу. Не страшно со мной в одной повозке сидеть?

Повисла пауза. Колетт лихорадочно думала, а потом медленно повернула ко мне голову.

— Давай ещё сделку. Скажи, что мне сделать, чтобы сохранить жизнь и в будущем.

— Вот этот разговор мне уже больше нравится! — усмехнулся я, засовывая в рот дольку апельсина.

Глава 18

Я по-настоящему мог собой гордиться. Правда, я сделал так много, как даже не мечтал сделать.

Но было ещё кое-что, что я должен был сделать перед битвой. С Колетт договориться оказалось ещё проще, чем убить. О, я всё равно испытал истинное наслаждение, использовав эту шлюшку. Нехорошо убивать детей и женщин, так что я поступил по чести. Ну и выиграл от этого куда больше, чем мог мечтать.

Дальше всё зависело от моего красноречия и удачи. Но я знал, что всё это будет на моей стороне. На стороне победителя.

Я шёл уже через пару дней к баракам, без ошейника, твёрдым шагом. Я знал, что все эти рабы смотрят на меня с благоговением, помня ту битву. Я спас сорок жизней, я избавился от ошейника и рабства, я стал их героем. И я знал, что, когда приду к ним, то они не останутся слепы к предложению, которое повергло в шок Колетт.

Ещё пару шагов, и я вырулил из-за столовки. Со мной здоровались, отрываясь от дел, счастливо улыбаясь на ответное приветствие. Я молчать не спешил.

— Давайте соберёмся на тренировочном поле. Есть разговор.

Так я пускал молву для всех, зная, что сегодня нет охраны, что стража только снаружи, глуха к разговорам внутри. Их госпожа согласилась на мои условия, так что я исполнял свою часть. А когда все наконец собрались — сотни, нет, пожалуй, даже тысячи рабов, — я вышел перед ними в центр.

— Прошу, садитесь, вы и так достаточно устали, — я прошёлся вдоль первых рядов, видя поддерживающие взгляды Рина и Лекса — моих новых лучших друзей, первыми поддержавших мою затею. — Знаю, это последнее, что вы готовы услышать от меня, бывшего раба, но я расскажу историю. С неё родится предложение.

Я выдержал паузу, собираясь с мыслями и привыкая к такому всепожирающему вниманию.

— Несколько недель назад я выбежал из дома без бумаг, чтобы спасти от смерти старушку. Ровно через десять минут меня самого забрали в рабство, — я увидел в глазах рабов понимание. Они тоже через это прошли. — Я не был рабом. Я был лекарем. Мирным человеком, служащим народу. Я держал лечебницу, куда мог прийти каждый — зверолюд, демон, эльф. Бедняк и богач. Преступник и король. Я исцелял, лечил, не совершая зла. Так неужели я заслужил сидеть на цепи и умирать на поле не своей битвы? Нет. А вы?

— Нет! — первым крикнул Рин.

— Нет! — поддержал его Лекс, а за ним и остальные рабы стали кричать: — Нет! Нет! Нет!

— Об этом сейчас и пойдёт речь, — снова вступил я, оглядывая взбудораженную толпу рабов. — Я за жизнь. Я не стану призывать вас к риску жизнью и восстание. Это ни к чему. Я предлагаю вам добровольно присоединиться к моему дому. Скоро он станет тринадцатым влиятельнейшим домом трёх королевств. Вы не будете там рабами. Вы сможете начать всё заново, исходя из вашего второго и/или третьего класса. Для примера попрошу выйти первого добровольца. Рин.

Друг улыбался во все тридцать два, выбегая ко мне в центр. Встав на одно колено, он позволил мне коснуться его плеча.

— Рин, — громко объявил я, открыв статистику. — Класс: бойцовый раб, инженер, авантюрист. Исходя из его классов, я приму его в свой дом после присяги. Как личного советника и рыцаря шестого звена. Готов ли ты, Рин?

Мы уже договаривались, как всё будет. Первая присяга — показательная, но после неё все прочие давали бы её уже все вместе. Однако, неожиданно, Рин не ушёл, а снова припал на одно колено.

— Думаю, у многих будет такая просьба. Я так много лет был в рабстве просто Рином, что даже не вспомню свою прежнюю фамилию. Могу ли я принять фамилию твоего дома не как часть рода, а как единомышленник? Я клянусь ни словом, ни делом не опозорить будущий род.

Я только усмехнулся. Побратиться решил, не иначе! Ну и ладно! Я сам себе эту фамилию выдал, так чего нос воротить? Она мне от отца и деда не доставалась, а Рин — хороший человек, с которым, уверен, нас ждёт ещё не одна битва.

Зато дальше всё пошло ещё веселее. Лекс тоже взял фамилию рода Сэйвер, но остальные предпочитали оставить свои прежние, чтобы не забыть окончательно, кем они были раньше. Правда, остались и те, кто предпочёл остаться в рабстве, не зная другой жизни. В основном те, у кого никогда и не было второго или третьего класса. Это были те, кто ужи родился рабами в этих ямах и не знал какова жизнь по ту сторону.

И я не мог их винить, честно.

Но на это и